Историк Сало Барон отмечает, что эта формулировка была призвана оправдать набег герцога на еврейскую общинную казну, но в целом противоречила его собственной политике по отношению к иудеям Бранденбурга, которая была вполне сдержанной.
Итак, мы в Вене. История ее общины знала и периоды благополучия, и времена упадка. Со второй половины XIV века, после эпидемии чумы, «Черной смерти», положение иудеев, живших в германских городах, стало стремительно ухудшаться. Где-то целые общины были вырезаны, поскольку их обвиняли в том, что они распространяют мор. Вена тогда обошлась без межрелигиозного насилия. Однако значение еврейского кредита для экономики христианских городов стало падать.
Для государей, которые видели в сынах Израиля надежный источник доходов, они уже не казались столь ценным ресурсом. При этом враждебность к ним со стороны многих бюргеров и части духовенства неуклонно росла. В 1420 году австрийский герцог Альбрехт V начал беспрецедентные гонения. За ними стояло два обвинения: в осквернении гостии и в сговоре с гуситами — последователями чешского реформатора Яна Гуса, еретиками, против которых император Сигизмунд объявил крестовый поход. Альбрехт тоже принял в нем участие, но вынужден был отступить.
Иудеев, главных внутренних чужаков, подозревали в сговоре с внешним врагом — частый в истории паттерн. Сначала венских евреев посадили под замок и стали принуждать к крещению. Их имущество было конфисковано. Безденежных изгнали — на лодках отправили вниз по течению Дуная. В 1421 году гонения стали еще сильнее. Часть общины заперлась в синагоге и совершила коллективное самосожжение. Еще более 200 иудеев, мужчин и женщин, было приговорено к смерти и сожжено за городскими стенами. Община была уничтожена, другим иудеям запретили селиться в Вене, и это ограничение продержалось около 150 лет.
Сгоревшую синагогу снесли, а каменные блоки пустили на строительство нового здания для Венского университета. Один из университетских людей в то время оставил восторженный комментарий: «Какое чудо! Синагога ветхого закона чудесным образом преобразилась в школу добродетелей Нового завета!»
Площадь перед домом молитвы, которая раньше называлась Schulhof («школьной», т.е. по сути «синагогальной»), была переименована в Neuer platz («Новую площадь»), а с 1437 года — в Judenplatz («Еврейскую площадь»). Это название сохранило память об общине, которая тут жила до изгнания и массовых казней. Память явно враждебную. Как и табличка, вмурованная в фасад одного из домов, чтобы прославить богоугодное дело — избавление города от иноверцев-злодеев.
Сегодня этот позднесредневековый текст вступает в диалог (а по сути — в противоречие) с современными мемориальными знаками, которые установили на той же площади. В мостовую встроен шестиугольник — он указывает на местоположение бимы, возвышения в центре синагоги, с которого читали свиток Торы.
