В итоге этого не происходит. Ангелы поражают всех собравшихся у дома людей слепотой и спасают Лота и его семью, после чего Господь проливает на Содом и Гоморру дождем серу и огонь и разрушает их. Но этот момент, когда Лот предлагает жесточайшим из людей своих дочерей, не дает мне покоя. Лот находится в отчаянном положении, и его предложение исходит из гипертрофированного чувства ответственности за людей, пришедших под кров его дома, однако само его предложение вызывает ужас.
Лот готов был пожертвовать двумя своими дочерьми, и в последний момент ангел Божий остановил это. Далее в главе Авраам приносит в жертву своего сына, и там его также останавливает ангел Божий. Сходство между этими случаями прослеживается и в выборе слов текста. У Лота: «Тогда мужи те простерли руки свои и ввели Лота к себе в дом, и дверь дома заперли» (Быт. 19:10), а при жертвоприношении Исаака: «И простер Авраам руку свою и взял нож, чтобы заколоть сына своего. Но Ангел Господень воззвал к нему с неба и сказал: Авраам! Авраам! Он сказал: вот я. Ангел сказал: не поднимай руки твоей на отрока и не делай ему ничего» (Быт. 22:10–12). Простирание рук повторяется и здесь, и там — будто Тора хочет, чтобы мы обратили внимание на это сходство. Мы также вспоминаем, что когда Авраам думал, будто его жизни грозит опасность из-за жены, он сказал, что она его сестра, тем самым сделав ее уязвимой для сексуального посягательства со стороны царя Герарского и его людей. Случаи, конечно, не идентичны, но, возможно, между дядей и его племянником больше сходства, чем хотелось бы думать.
