Восхождение к Храму

Как русское слово «паломничество» связано с восхождением в Иерусалимский храм? Оно произошло от слова «пальма». В Евангелии от Иоанна сказано, что народ с пальмовыми ветвями вышел приветствовать въезд Иисуса в Иерусалим накануне Песаха (Ин. 12:12–13). На Песах, на Шавуот и на Суккот евреи поднимались на Храмовую гору. На осенний праздник Суккот они несли с собой пальмовые ветви — «лулавы».

Но в евангельском тексте этот обряд отождествлен с весенним праздником Песах, и известен в христианстве как «пальмовое воскресенье». Так вышло, потому что пальмовые ветви в эпоху Второго Храма использовались в традиции приветствия царей, триумфаторов и в ритуале очищения Храма, о чем говорится в книге Маккавеев (2 Макк. 10:5–7).

Во времена Иисуса Храм был единственным центром еврейского паломничества, отражая идею единобожия, а три храмовых праздника объединяли еврейский народ. Но централизация культа и, соответственно, места жертвоприношения была делом многих поколений. Первоначально библейская заповедь о паломничестве относилась к Скинии Завета. Иисус Навин, возглавивший еврейский народ после смерти Моисея, установил Скинию и жертвенник в Шило в Самарии (Нав. 18:1).

Еврейский историк и военачальник Иосиф Флавий объясняет выбор этого места красотой здешнего ландшафта: «поставил священную Скинию в городе Шило, потому что местность эта по красоте своей показалась ему для этого подходящей, по крайней мере до тех пор, пока обстоятельства не позволят выстроить настоящий храм». («Иудейские древности», кн. 5, гл. 1, пар. 19). При этом ни Библия, ни Флавий не скрывают, что за рекой Иордан два отделившихся колена Израиля, потомки Гада и Реувена, установили еще один жертвенник одновременно с жертвенником в Шило.

После Скинии завета местом паломничества становится Храм Соломона, или Первый храм, описанный в Книге Царей (3 Цар. 6:1). Но и у него были свои конкуренты. Например, святилище в Араде, на Юге Израиля и в Моце, неподалеку от Иерусалима. После раздела на два царства: Южное и Северное, Иудею и Израиль, цари Иудеи стремились к централизации культа, тогда как в Израиле ставили жертвенники чужим богам на вершинах холмов и в дубравах. Так Иеровоам, царь Северного царства, создает два места поклонения: в Бейт-Эле и в Дане (1 Цар. 12:26–30).

В 586 г. до н.э. Храм Соломона был разрушен вавилонянами. Через семьдесят лет, по возвращении из вавилонского пленения, евреи заново отстроили Храм на руинах старого. Параллельно, на горе Гризим возле Шхема, в бывшей столице Израильского царства, самаритяне, которые считали себя потомками его жителей, возвели собственный храм.

По словам Флавия, самаритянский храм был создан «по образцу иерусалимского» («Иудейские древности», Кн. 13, гл. 9, пар. 1). Святилища же обоих храмов были пусты. Главная святыня Храма Соломона — Ковчег Завета — исчез. Отныне, два места — Храмовая гора в Иерусалиме и гора Гризим в Шхеме считались воплощением Божьей горы Мория.

Флавий писал, что евреи Александрии спорили о том, в какое святилище — в Иерусалиме или в Шхеме — отправлять пожертвования (Там же, Кн. 13, гл. 3, пар. 4). А граффити на камнях самаритянского храма свидетельствуют о паломничестве на гору Гризим из самых разных мест. Вероятно, конкуренция между храмами стала причиной того, что около 110 года до н.э. еврейский царь Иоанн Гиркан из династии Хасмонеев разрушил самаритянский храм. С этого момента Храм в Иерусалиме стал единственным местом жертвоприношений, и паломничество к нему стало массовым.

Подлинное же величие Иерусалимскому Храму придал Царь Ирод, родоначальник новой династии. Из гигантских каменных блоков Ирод выстроил огромный подиум, а на нем возвел сооружение «невиданное доселе», превратив город Иерусалим в крупный паломнический центр.

В текстах «Деяний апостолов» сказано: «В то время в Иерусалиме жили набожные Иудеи из всех народов под небом… Парфяне, Мидяне, Эламиты и жители Месопотамии, Иудеи и Каппадокии, Понта и Азии, Фригии и Памфилии, Египта и частей Ливии, принадлежащих Киринее, и приезжие из Рима иудеи и прозелиты, критяне и арабы…» (Деян. 2:5, 9–11).

Паломники приходили в Иерусалим разными путями. Иисус, например, который четырежды совершал восхождение в Иерусалим на праздники Песах и Суккот, шел из Галилеи, где в эту эпоху проживало множество евреев. Оттуда в Иерусалим вели три пути. Одна дорога пересекала Иордан в районе Бейт-Шеана, шла вдоль его восточного берега, затем, в районе Иерихона, вновь пересекала Иордан и поднималась к Иерусалиму.

Другая дорога шла через Самарию и Бейт-Эль. Эта дорога была короче, но опаснее, поскольку самаритяне были настроены к иудеям враждебно.

Третий путь — наиболее продолжительный, — вел от побережья до Лода, откуда начинался подъем к Иерусалиму. Этой дорогой двигались паломники, которые приплывали на кораблях в порты Ашкелона, Яффо и выстроенный Иродом к 10 году до н.э порт Кесарии.

Поднимаясь из Иерихона, путники огибали Масличную гору, и двигались по дороге через долину Кедрон.

По одну руку от них возвышался ряд величественных гробниц, вырубленных в скалах.

А по другую оказывался Храм. Украшенный золотыми листами, «он блистал на солнце ярким огненным блеском… Чужим, прибывавшим на поклонение в Иерусалим, он издали казался покрытым снегом, ибо там, где он не был позолочен, он был ослепительно бел» (Иосиф Флавий, «Иудейская война», Кн. 5, гл. 5, пар. 6).

Из Кедронской долины путники выходили к южной оконечности нижнего города, где находился грандиозный водный комплекс. Один из бассейнов — Силоамский пруд — чистая вода поступала туда из источника Гихон по подземному водоводу, созданному еще в VIII в. до н. э. царем Езекией.

Сразу за ним находилось еще одно монументальное сооружение — гигантский резервуар (вероятно, именно его Иосиф Флавий называет «Прудом Соломона»).

Он занимал площадь около пяти тысяч квадратных метров, и заполнялся за счет дождевой воды. Древняя плотина этого водохранилища была заложена еще в Железном веке, а найденная в облицовке монета эпохи Александра Янная указывает на его масштабную реконструкцию в I в. до н. э. После обязательного омовения паломники вступали на шестисотметровую ступенчатую улицу, построенную во времена Понтия Пилата, и начинали подъем к Храмовой горе.

Вдоль нее располагались магазины и лавки менял. Деньги нужно было менять, потому что для подношения в Храм использовались только монеты без изображения правителей или богов. Посещение Храма требовало ритуальной чистоты. Правила ее достижения были очень строги и состояли из ряда предписаний, к которым относилось и ритуальное омовение. Поэтому вдоль западной и восточной стороны Храмовой горы, носившей название Офель, были выстроены ритуальные бассейны — миквы, в которые спускались по одним ступеням, а поднимались по другим.

Миквы на Офеле отличались своими огромными размерами. Между ними был раскопан и необычный ступенчатый бассейн. Большинство исследователей сходятся во мнении, что он предназначался для ритуального омовения посуды, необходимой для паломников.

Обряды и жертвоприношения требовали большого количества воды. Источника Гихон и дождевой воды, которую собирали в цистерны, на все нужды не хватало, поэтому была обустроена отдельная система водоснабжения. Вода в Иерусалим попадала по акведуку, ведущему с Хевронского нагорья, где, в 22 км от Иерусалима, ее накапливали, собирая из местных источников в водосборники, которые называли Соломоновыми прудами.

После омовения люди из верхней части города входили в Храм по пролетам величественной лестницы. Мы видим остатки ее опор, носящие имя американского библеиста Эдварда Робинсона.

С южной стороны еще одни монументальные ступени приводили к двойной и тройной арке Ворот Хульды.

Еврейская традиция говорит, что на ступенях Храма путников встречали храмовые служители — левиты. Они пели «Псалмы восхождения» или «Псалмы ступеней». Некоторые исследователи считают, что эти псалмы, по крайней мере часть из них, пели сами паломники, приближаясь к Храму.

Сколько людей приходило на праздники в Храм? Флавий пишет, что на Песах в 65 году н. э. Храм посетили 2 700 200 человек («Иудейская война», Кн. 6, гл. 9, пар. 3). И что ими было принесено 256 500 жертв, по одной на 10 человек. Современные исследователи полагают, что эти цифры завышены, и реально Храм посещало несколько сотен тысяч человек. Для их содержания и обслуживания требовалась развитая инфраструктура: гостиницы, еда, керамические мастерские по производству разовой посуды для приготовления пищи, мастерские для изготовления реликвий (преимущественно лампад) и различных атрибутов, необходимых для жертвоприношений.

В городе Мареша содержались гигантские голубятни — колумбарии, выдолбленные под землей в скале, где растили голубей для ритуальных жертвоприношений.

Однако Иосиф Флавий пишет, что люди приходили в Храм «не только с мольбою о поддержке в будущем, а также для того, чтобы путем личных сношений и общих трапез сближаться между собою…» («Иудейские древности», Кн. 4, гл. 8, пар. 7). А Филон Александрийский, философ и религиозный мыслитель, дважды совершивший паломничество в первой половине 1-го века, добавляет:

Память о храмовых праздниках сохранилась до наших дней не только благодаря археологическим находкам и письменным источникам, но и через живые ритуалы. Так самаритяне, совершающие жертвоприношение на праздник Песах на склоне горы Гризим, выполняют этот обряд по библейским правилам и запекают пасхальную жертву в земляных печах, подобных тем, что использовали во времена Храма.

Ветви молодой пальмы — «лулав», в связке с миртом, речной ивой-аравой и плодом этрог — по-прежнему главный атрибут праздника Суккот. В тысячах синагог по всему миру и в Иерусалиме — у Стены Плача — евреи молятся вместе с этими растениями в руках.

В заключительный день Суккота — Хошана рабба, — они совершают обход вокруг свитков Торы. Этот обряд называется хакафот и восходит к традиции обхода вокруг храмового жертвенника. Верующие поют псалмы, бьют ветвями ивы об пол и кидают ветви на Ковчег со свитками Торы подобно тому, как это происходило возле храмового алтаря.

Автор и научный консультант — Борис Хаймович, автор сценария — Анастасия Рябцева, литературный редактор — Мария Эндель

Смотреть видео

Все эпизоды сериала